В одном философском разговоре об искусственном интеллекте и природе мышления прозвучала мысль, которая с виду совсем не про терапию, но задела меня именно как терапевта. Кто-то из собеседников предположил: возможно, в диалоге человека и системы рождается не просто обмен репликами, а что-то вроде третьего пространства мышления — мысль, которую нельзя приписать только одному из участников разговора.
Я поймала себя на мысли: а ведь именно это происходит и на терапевтической сессии, только с двумя живыми людьми, а не с человеком и системой.
Есть такое привычное представление: терапевт знает, клиент не знает, и задача терапевта — как-то передать своё знание клиенту. Но по опыту я вижу другое. Часто важное понимание рождается не потому, что я его принесла и вручила, и не потому, что клиент сам, в одиночку, до него додумался. Оно возникает именно между нами — в том, как один вопрос цепляется за случайно сказанное слово, как пауза после моей реплики вдруг рождает у человека совсем неожиданную мысль, которую ни он сам, ни тем более я — предсказать не могли.
Это довольно смиряющее наблюдение для терапевта. Хочется думать, что ты помог, что-то дал, чем-то поделился. И это тоже правда. Но, кажется, честнее сказать: мы вместе создали пространство, в котором это стало возможным. Без клиента с его историей, вопросами, сопротивлением этого понимания не случилось бы. Но и без меня, без моего присутствия, без конкретных вопросов, которые я задавала именно в эту секунду, — тоже, вероятно, не случилось бы. Оно принадлежит не мне и не ему. Оно принадлежит тому, что происходит между нами.
Мне кажется, именно поэтому иногда так трудно объяснить со стороны, что происходит в терапии. Спросишь: «А что конкретно вам помогло?» — и человек не всегда может ответить одним предложением. Потому что помогла не отдельная фраза и не отдельная техника, а именно то самое пространство между двумя людьми, которое рождается заново на каждой сессии — и которое по-настоящему существует только в момент, когда мы оба в нём находимся.